Главная - Наш город - Люди и годы - Федор Чирков. Городок на Дону

Когда пришел к власти Ельцин, пьяный воздух свободы вскружил голову. Стали смотреть на жизнь как поставщика удовольствия. Жизнь выплеснула много нечистоплотных людей, стремившихся урвать побольше денег и власти. Страна была похожа на ту Россию, что была сразу после февральской революции: все торжествовали и ровным счетом ничего не делали для укрепления государства. Демократы обещали светлое сытое будущее капитализма. Изменились нравственные ориентиры. Обесценивали прошлое. Стали о свое прошлое вытирать ноги. Количество денег определяло меру свободы. Сознательно разрушалось, разворовывалось то, что создавалось десятилетиями. На первых порах горбачевский товарный дефицит заменили денежным.

- У меня есть идея, как заполнить пустые прилавки товарами, - заявил премьер-министр Гайдар президенту Ельцину. В старину в России жил такой народ – беднота - пошехонцы. Кажется, о них Салтыков-Щедрин еще писал. Весной, когда кончались корма, чтобы скотина не сдохла, надевали ей зеленые очки. Коровы ели солому, снятую с крыш, принимая  за сено.

- Ни Салтыкова, ни Щедрина я не читал и читать не хочу, - раздраженно отвечал Ельцин. - Лучше скажи, где взять денег, чтобы купить на всю страну очки.

- Это в переносном смысле, Борис Николаевич. Никаких очков покупать не нужно. Надо просто высоко поднять цену, а денег народу не давать. И прилавки будут ломиться от товаров, так как покупать их будет не на что.

- Я же обещал народу на рельсы лечь, если цены на хлеб поднимутся, - возразил Ельцин.

- Ничего страшного, Борис Николаевич. Хрущев тоже обещал коммунизм нынешнему поколению, а Горбачев каждой семье отдельную квартиру.

Идею Гайдара успешно претворяли в жизнь. Зарплату и пенсию задерживали по нескольку месяцев, а где и совсем не давали зарплату - заменяли бартером. За свой труд работники получали товары, которые производились на предприятии.

В людных местах можно было увидеть торгующих шинами, лопатами, тазиками, сковородками, унитазами, колбасой, конфетами и так далее…

По товару, разложенному на земле, не стоило труда определить, где работает продавец.

Нашей бывшей уборщице Клаше на работе не везло: часто увольняли ее, как лишнюю штатную единицу. При любом сокращении управленческого аппарата ее должность ликвидировали. Наконец, Клаша устроилась на крупное предприятие. Но там несколько месяцев зарплаты не выдавали, долг погашали товарами, полученными по бартеру. Уж и не удивлялась она, когда вместо честно заработанных рублей получала пластмассовые ведра и детские горшки, стиральный порошок, краску, строительный кирпич. Изредка - колбасу или водку.

В канун праздника 8 Марта дали немного денег. А остальное - товаром.

Жила Клаша одна, было ей около пятидесяти. Сутулые плечи и усталый безжизненный взгляд. Не обладала женской привлекательностью, осталась старой девой. Всего раз в жизни до ее груди дотронулась мужская рука, когда к кофточке директор прикреплял медаль «Ветеран труда»

Вечером к Клаше заглянула соседка.  

- Покажи, Клашка, чем тебя отоварили на новом месте? - прямо с порога спросила соседка.

- Сейчас, Нюшка, вместе посмотрим, — отозвалась счастливица.

Клаша вынула из сумки пластмассовую коробку с красочной наклейкой  «Аптечка автомобильная».

- Это реализуем запросто, - сказала гостья. Дам бесплатное объявление в свою многотиражку, мужики с руками оторвут.

Потом стали разворачивать пакет с большим красным крестом и надписью – «Для дома, для семьи». Тут были клизма, грелка, две спринцовки и гигиенические прокладки.

- С бабами в цехе поговорю - тоже реализуем, - подытожила соседка.

Обрадованная Клаша сделала щедрый жест. Увидев яркие пакетики, похожие на обертки конфет,  сказала:

- Возьми, Нюша! Видно, хорошие жвачки. Своему мальцу от меня подари. Название, правда, какое-то непонятное «Эрос».

Нюша захихикала, попробовала просветить владелицу товара.

- «Эрос» - это, по-русски, «любовь», получается...

Клаша благосклонно кивнула:

- Вот и хорошо. Любовь — так любовь.

- Продавай только их, голубушка, сама, а то обо мне и так сплетни идут.  А ты попробуй счастья вечерком в Воронеже, у гостиницы.

Клаша последовала совету. У гостиницы к ней подошел разбитной мужик под хмельком. Повертел в руках красочный пакетик и отдал обратно.

- Наверно, заграничный. Раньше таких не было. Только теперь эти штучки мне без надобности, - закончил разговор стихами:

У жизни жестокие законы,
Была и юность, был и комсомол.
В кармане, где
носил презервативы,
Теперь ношу я валидол.

 Потом обратилась к ней размалеванная бабенка (ох, видно, шалава, подумала уборщица). Покупательница приценилась.

- Что, бабка, стара, стала, на секс уже не тянет?. Отдашь подешевле - куплю все.

Обиженная словом «бабка», продавщица схватила «Эрос» и бросилась от покупательницы. Многоопытная Нюшка, узнав про беду, посоветовала отнести в школу. Там, говорят, ввели новый предмет – «Половое воспитание». И наглядное пособие (сама видела урок по телевизору) пригодится.

Сквозь зеленые очки смотрели покупатели и на прилавки в книжных магазинах. Здесь вместе с литературой им продавали и печатную макулатуру. Не все писатели имели возможность издаваться, не позволяли цены за типографские работы. Печатались, в основном, графоманы, имеющие деньги. Политическую цензуру сменила цензура рублем.

Издательство «Свобода слова» привлекало внимание красочным объявлением: «Принимается к изданию поэзия, проза и детектив любого жанра с неограниченным количеством трупов».

В кабинет главного редактора вошел посетитель, фамильярно поздоровался и положил рукопись на стол.

Тучный, с сединами на висках, главный редактор не спеша, надел очки и вслух прочитал: Митрофан Плюшкин. «Мое творчество». Сборник стихов.

- И давно вы пишете вирши, Плюшкин?

- Печататься начал еще в третьем классе, в школьной стенгазете «Клякса».

- Похвально. Давайте посмотрим, молодой человек, что вы натворили в этом сборнике?

- Продолжаю традицию классиков, - ответил поэт, - особенно это заметно в стихах о природе. Пушкин воспевал осеннюю пору. О моем отношении к этому времени года говорит вот это стихотворение. И Плюшкин нараспев стал читать:

Осень, осень, как ты хороша,
Организм смеется, и поет душа.

- А о чем еще пишете?

- О войне. О ветеранах. Вот, к примеру:

Ветераны, ветераны, опаленные войной,
Вы фашистов разгромили и пошли домой.

Есть и детские стихотворения. А вот  о судьбе беспризорников. Оно отличаются от прошлых, где навязывалась коммунистическая идеология. Мой дед рассказывал, у него в букваре было напечатано такое:

Жил на свете маленький злодей
Мучил кошек, обижал детей.
Теперь наш Сема не курит и не пьет,
С пионерами под барабан идет.

А это без всяких пионеров.

Никто меня не любит,
Никто меня не ждет,
Никто не поцелует,
И водки не нальет.

Хотел читать дальше, редактор прервал его. Хмуро посмеялся. В каждой черточке его лица сквозило горькое разочарование. Раздражала галиматья. Чтобы не сорваться, быстро поставил на рукописи резолюцию, послал автора в бухгалтерию для предварительной оплаты. Ему вспомнились строки стихотворения одного известного поэта: «Приносят боль и униженья плоды бездушного творенья». Уходя, сияющий Плюшкин твердил:

- Теперь я утру нос газетчикам, которые отказывались меня печатать!

Потом пришел прозаик с деревенским детективом.

- Принес вам остросюжетное произведение, - заявил он.

- Сейчас посмотрим, что вы произвели на свет божий, - последовал ответ редактора.

Начал читать «Убийство на русской печке»  интригующим началом: «Скукожившись, холодный труп лежал на горячей печке... Участковый, как собака - ищейка, верно шел по следам преступника».

Просмотрев несколько страниц, редактор хотел было вернуть детектив автору, но, посмотрев на пухлую рукопись, которая обещала издательству хорошую сумму, промолчал и наложил визу «К изданию». Над окошком кассы висел плакат «Писателем ты можешь и не быть, но предоплату заплатить обязан».

В издательстве хорошо понимали, что большинство их продукции - литературный мусор, за который щедро платили авторы. Но, как известно, материя всегда была первична…

***

Владимир Исаакович Энтин стал директором завода, когда от горбачевской перестройки и ельцинских реформ разваливалась экономика. Спад промышленного производства составил около пятидесяти процентов. Одни предприятия прекратили свое существование, другие обанкротились.

Вместе с распадом Советского Союза распался и СОЗ на Семилукский завод, Латненский завод, Воронежское рудоуправление (горное управление). Как и аббревиатура СССР была заменена на СНГ /содружество независимых государств/, так и СОЗ - на СНП /содружество независимых предприятий/. Вскоре Латненский завод прекратил свое существование, только через несколько лет его реанимируют. 

В условиях борьбы за рынки сбыта, в полной растерянности в стране, чтобы удержаться на плаву, не утонуть в море конкуренции, на заводе после долгих размышлений принимают решение о реконструкции предприятия. Оно было тщательно взвешено. Ведь предстояло перейти на новые виды сырья, приобрести самое современное оборудование, смонтировать его и освоить. Выбор остановился на цехе № 1. Он производил нормальный кирпич, который все меньше был нужен потребителям и постоянно дешевел.

Из цеха № 1 перенесли в цех № 2 производство шамотных изделий. После реконструкции цех № 1 стал выпускать периклазоуглеродистые изделия. Можно, по пальцам пересчитать предприятия, где в то время,  делали эту продукцию, пользующуюся спросом у металлургов.

В первом цехе сложный технологический процесс компьютеризирован, есть специальный отдел, где операторы по мониторам следят за процессом производства, работой всех узлов и механизмов. Отдают команды.

В рыночных условиях важно не только произвести новую продукцию, но и найти на нее потребителей.

Это было серьезное испытание. Надо было качеством и более низкой стоимостью привлечь покупателей, что в общем - то и удалось.

Вторым направлением реконструкции стало создание на участке № 3 отделения по выпуску неформованных огнеупоров. Преимущество неформованных огнеупоров в том, что они безобжиговые. Это сокращает энергозатраты. Есть все основания считать, что они будут конкурентоспособными.

Нашлись «радетели» охраны окружающей среды. В городе появилась партия зеленых. Они считали себя первенцами демократии современной России. Их кумиром была госпожа Новодворская, лидер «Демократического союза». Во время политической прогулки из столицы в Воронеж, в областном центре Новодворская имела инцидент с милицией за нарушение общественного порядка.

Зеленые обещали избирателям превратить Семилуки в чистую экологическую зону. Обещали добиваться, чтобы завод бытовой химии перепрофилировали на выпуск натуральных мочалок. Выступали борцами не только против атомных, но и тепловых электростанций; хотя тепловые менее опасны, чем первые, но вреда приносят атмосфере немало.

Думали даже выступить с лозунгом «Долой электричество! Да здравствует свет от экологически безвредной лучины». При лучине, конечно, можно читать и писать. Но наука еще не добилась, чтобы от зажженной лучины работал телевизор. В то время по телевидению выступал известный целитель Кашпировский. Вечерами, когда он появлялся на экране, безлюдными становились улицы; многие сидели у голубого экрана в надежде, что с помощью целебного сеанса Кашпировского избавятся от своих болячек.

Больше всех неприятностей "зеленым» доставлял огнеупорный завод, особенно первый цех. Когда нет достоверной информации, ходят слухи. Их стали распространять «зеленые». Обыватели подхватывали эти слухи, тиражировали, сидя во дворах на скамейках, где обычно пенсионеры обсуждали свои болезни и ругали существующие порядки.

Они говорили, будто бы вредные вещества, которые выбрасывал в атмосферу первый цех - причина всех тяжелых заболеваний.

Один очень «информированный знаток» рассказывал сидевшим с ним на скамейке, что в результате вредных выбросов заводов в Московском метро появились крысы гигантского размера, ссылался на газету «Молодой коммунар», в которой было напечатано:

«Первые свидетельства очевидцев о гигантских серых и рыжих крысах в Московском метро появились в 1989 году. Крысы пытались напасть на монтеров, обслуживающих газовую сеть.

Когда отловили первых трех чудовищ, то ужаснулись: двадцать пять - тридцать килограммов литых мускулов, наполненных злобой. Крысы обладали фантастическим иммунитетом к новым ядам, сантиметровые у корня резцы перекусывали стальную сетку клетки, а по способности к адаптации и обучению эти твари превосходили собак и человекообразных обезьян. В длину они достигают метра, в высоту - семидесяти сантиметров.

Эти страшилища - продукт мутаций, вызванных суммарным воздействием на обычных крыс повышенной радиации, химических веществ, электромагнитных полей».

Газета «Молодой коммунар», как и многие другие, не разобравшись, приняла научно-фантастическую публикацию за реальность.

- Скоро и у нас в городе такие крысы появятся, если не закроют первый цех, - убеждал присутствующих «знатоков». Кошка, что на заводском дворе жила, родила котенка с двумя головами.

- Эти радетели окружающей среды, - жаловался Владимир Исаакович Энтин, - устроили самочинную проверку завода – неквалифицированную, но широко разрекламированную. И сколько же потом пришлось затратить усилий, чтобы на основе точных цифр, достоверных анализов внести успокоение в людские умы!

Преодолевая трудности, завод увеличил выпуск товарной продукции. Сохранил, в основном, прежних и приобрел новых потребителей огнеупоров.

Владимир Исаакович - из семьи металлургов. После окончания Днепропетровского института работал подручным сталевара.

Нелегок труд в горячем цехе. Войдите в мартеновский цех, и вас сразу оглушит шипение сжатого воздуха, лязг завалочных машин и мостовых кранов. С непривычки страшновато смотреть на языки пламени, с ревом вырывающиеся из - под заслонок печей. Лица сталеваров и подручных озаряются таинственным светом - по желобам льется раскаленный, как солнце, металл. Как фейерверк, посвященный труду, по сторонам разлетаются золотые искры.

Бьется и в людях пламя –
В тех, что к печам тут стали
Слышат они сердцами
Сердцебиение стали.

Закончив смену, Владимир, утолив жажду газированной водой, /один стакан для его комплекции – маловато/, снял спецовку, переоделся и торопливой походкой направился домой, чтобы сесть за конспекты и учебники. Будет сидеть допоздна. Каждый вечер будет уходить у него на учебу. Без отрыва от производства заканчивает аспирантуру. Успешно защищает диссертацию на соискание ученой степени кандидата технических наук.

В начале семидесятых годов Владимир Исаакович Энтин переезжает в Семилуки. На заводе возглавляет центральную заводскую лабораторию. Тогда ему было чуть больше тридцати лет. Высокий, стройный, подтянутый, с красивой внешностью, как у артиста кино, он очаровывает женский коллектив ЦЗЛ. Сотрудницы тайно влюбляются в своего начальника.

Работники ЦЗЛ – это разведчики будущего предприятия, лоцманы технологии. Они разрабатывают новые прогрессивные огнеупоры, в цехах контролируют технологию производства.

Интересной жизнью живут сотрудницы лаборатории. Они любят искусство и спорт. Вместе ходят в кино, театр, цирк, устраивают различные спортивные состязания.

***